С. А. Ковалев
ЭВОЛЮЦИЯ ПОНЯТИЯ «СОДЕРЖАНИЕ»
(на примере философии Платона и Э. Гуссерля)

Создание той или иной философской системы связано, в частности, с методом ее построения, определяющим формирование и развитие системы в целом. Исходя из этого, понятно, что возможны различные теории исследования фундаментальных философских проблем. В данной статье мы будем придерживаться классификации методов построения философских систем, данной А. Ф. Лосевым в работе «Бытие—имя—Космос». Он выделяет три основных методологических подхода к построению таких систем: трансцендентальный, феноменологический и диалектический (спекулятивный).

Трансцендентальная философия делит бытие на сущность и явление, противопоставляя их друг другу. Поэтому всеобщность и необходимость оснований философских теорий приходится постулировать в рамках трансцендентального метода, исходя из априорного знания его принципов. Основой такого знания является продуктивная способность воображения субъекта, причем происхождение и источник его не объясняется. Кант, к примеру, все три способности человеческого познания объявляет происходящими из единого корня, природу и сущность которого мы не знаем. В данном варианте трансцендентальной философии ее исходные принципы не постулируются и не объясняются, а принимаются на веру. И мистифицируются. По-видимому, знание оснований бытия не зависит от чувств, рассудка, разума, а может быть получено лишь вне рационально-познавательной субстанции.

Феноменология с описательным (дискриптивным) методом исходит из принципа конструирования «жизненного мира» трансцендентальным субъектом. Она принципиально отказывается от решения основного вопроса философии – вопроса о первичности бытия и вторичности сознания и наоборот, тем самым подводя черту под основание всей прежней метафизики. Э. Гуссерль использует дискриптивный метод исследования для критики «естественной установки» так называемой теории образного мышления, где реальный объект предполагается как предстоящий сознанию, а реальность понимается как объективная и независимая от субъекта познания. Главными структурными элементами сознания субъекта, согласно Гуссерлю, являются предметы, смысл, смыслообразующие и предметообразующие акты. Феноменология, построенная на принципе феноменологической редукции, сводит предметную область исследования только к самому сознанию, не рассматривая отношение его к внешней и независимо от него существующей реальности.

Таким образом, феноменология выявляет и изучает конструктивную природу сознания как феноменов сознания, являющихся модифицированными значениями Полагаемых в них данностей.

Имеющий более долгую историю развития диалектический (спекулятивный) метод позволяет изучать структуры бытия в их генезисе и развитии на основе разрешения имманентно присущих им противоречий. Диалектика представляет собой способность созерцать разом единое и многое, «видеть» всеобщее и единичное, а также сводить к одной идее все многообразие фактов, а также расчленять единую идею на составные части в соответствии с их природой. Для диалектики характерно познание, основанное на изучении сущего самого по себе посредством умственных созерцаний («умного зрения»), без всякой примеси чувственности. Таким объектом познания, скажем, может быть понятие Блага в себе, вечное, как Солнце. Поэтому можно считать диалектиком того, кто в состоянии выявить и раскрыть сущность и смысл всякого предмета через соотнесение к самой общей категории.

Итак, мы сопоставим значение и роль созерцания в диалектической философии Платона и феноменологии Гуссерля. Сами методы построения оснований философии у них различны, хотя моменты связи и зависимости элементов систем ясно прослеживаются в процессе их сравнения.

В отличие от феноменологии Э. Гуссерля, Платону, как и всей греческой философии, присуща пассивная (не деятельная, практическая) созерцательность, хотя в рамках теории она удивительным образом совмещается с деловой направленностью на познание сущего. Созерцательная установка Платона, как правило, не связана с практическим творчеством и освоением реальной жизни. А. Ф. Лосев в работе «История античной философии в конспективном изложении» выделяет пять особенностей античной диалектики вообще и Платона в частности. Он включает сюда такие признаки, как пассивно-созерцательную духовность, зрительность, рассудочно-хлопотливый характер диалектики греков, текуче-сущностную природу идеи и динамику созидания материальной сущности жизни. Для Платона созерцание эйдосов, как и совершенных художественно созданных и оформленных предметов не представляет никакого сомнения в смысле реального осуществления и не является основанием для скептического сомнения. Таким образом, «естественная установка», отвергнутая феноменологической редукцией Гуссерля, накладывает свой отпечаток на созерцательную установку в философии Платона. Пассивно созерцательный характер диалектики Платона особенно проявился в его диалоге «Тимей». Сама идея для Платона имеет текуче-сущностное становление, она есть прообраз и логическая конструкция самой реальной вещи (А. Ф. Лосев). Здесь Гуссерль и Платон принципиально расходятся. Гуссерль не понял этого положения Платона. Он от него отмежевывается. Эйдосы в философии Гуссерля имеют совершенно статическую природу, они созерцательно неподвижны и устойчивы. Гуссерль, если можно так выразиться, отрывает от вещей их смысл и делает этот смысл предметом и основой своего философского исследования. Предметом познания становятся лишь смысловые структуры, которые ничего не объясняют, а лишь описывают возможные миры. Созерцательно усматриваемые смысловые структуры есть только чистое описание актов сознания, направленного на различные предметы, или интенциональные акты, т. е. направленности сознания на предмет. Логика Гуссерля есть логика смысла созерцательно данных предметов. Феноменология ничего не объясняет, а лишь пассивно описывает различные данности. Следовательно, описывать можно все – сны, фантазии, воображение и т. п. Реальный мир при таком методе философствования превращается в различные логические структуры, данности сознания, а чтобы избежать солипсизма, используется интенциональная установка на познание окружающего субъекта мира. Проблема солипсизма, необходимо возникающая в феноменологической установке Гуссерля связана с опытом Другого. Созерцание в его трактовке позволяет перейти от alter ego к утверждению существования опосредованным образом внешнего мира и других ego. Эгология основана на доказательстве существования других ego как трансцендентальных субъектов. Философия как строгая наука призвана, согласно Э. Гуссерлю, направлять и осмысливать научную деятельность. Созерцательная установка Э. Гуссерля связана с выявлением условий интерсубъективного знания. Под интерсубъективностью он понимает границы взаимопонимания между субъектами, а также возможность сосуществования различных культур.

Проблема интерсубъективности исследована Э. Гуссерлем в «Картезианских размышлениях». Она была представлена в теории феноменологического опыта Другого, как трансцендентального конструирования других «Я» в предметной сфере собственного «Я». В процессе конструирования Другого как трансцендентального субъекта возникает трансцендентальный субъект, где «жизненный мир» становится единым и тождественным для членов монадного сообщества. Таким образом, в учении Гуссерля эгология на интерсубъективном уровне получает статус социального субъекта. «Образование пар» – такое название получает теория феноменологически редукции и ее осуществление в опыте Другого. В своей философии Гуссерль дает обоснование науки и научного знания через созерцание структур трансцендентального сознания, которые участвуют в созидании, конструировании бытия мира и других ego. В данном случае мы имеем совершенно новую трактовку индивида, проблемы субъективности. В структуре бытия первым появляется «жизненный мир», где мы мыслим и действуем, конструируя в собственном сознании Другого как субъекта и мир в целом.

Платон, в отличие от Гуссерля, применяет диалектику как метод философского исследования к идеальному и реальному миру. Под диалектикой он понимал науку или искусство, выявляющую жизнь самой идеи, где идея рассматривается в виде конкретной общности отдельных индивидов и как некая их разделенность в данной общности. Следовательно, метод его философии основан на созерцании таких общностей (совокупностей), которые даны в координированной реальности (Федр, 531 в–536 с). Душа в своей наилучшей части переходит к созерцанию наипревосходнейшего в существенном, как и светлейшая часть тела всегда направлена на усмотрение яснейшего в телесном и видимом мире (Федр, 532 с). Причем содержательная установка применяется Платоном к реальному миру в его прекраснейших творениях как отражении идеальных сущностей, а также к идеям, эйдосам как вечным сущностям, порождающим логическим моделям сущего. Смысл вещей есть смысл понятий, «лики вещей – смысл вещей», «оперировать понятиями значит оперировать ликами вещей», – рассуждает Платон, Поэтому эйдос предмета выражает светлый лик, светлое излучение предмета. Ибо только свет и возможно созерцать и мыслить как сущее.

Созерцание включается Платоном в математическое знание. Пользуясь математическими созерцаниями, диалектика наполняет душу более насыщенным содержанием и возводит к самому началу (Федр, 534 в). Эта традиция имеет продолжение в философии неоплатоников, особенно у Прокла. Таким образом, созерцательная установка у Платона, включенная в его диалектику, основана на идее Блага как цели и смысла движения всего сущего, для него она наука всех возможных наук.

Итак, сравнивая сходство и различие созерцательных установок у Платона и Гуссерля, мы должны отметить, что у них имеется преемственность в трактовке роли и значения созерцания при построении философских систем. Как тот, так и другой философ, используют данное понятие для выявления сущности предмета философии, восхождения к самым началам и вершинам философского знания. Посредством созерцания мышление способно охватить многообразие мира в единой идее, где само многообразие получает смысл и объяснение связи самих частей через единую сущность.

Созерцание у Платона выражало не только философское содержание, но и научное, так как определялось исследованием Универсума в целом («Тимей»), а также познанием космологии, математики, музыки и других областей знания. Содержательная компонента его мышления направлена на познание мира как единого целостного образования, представляющая мировое тело, несущего в себе меру и существующее по закону гармонии.

Отсюда установка Платона на созерцание умом самих сущностей, а не одних лишь теней сущности. Посредством созерцания ум восходит к постижению эйдосов, понимаемых им как прообраз и первоначало сущего. Это связано с продолжением традиций прежних философских изысканий греков, основанной на поиске и отыскании во многом единого или общего начала. Благодаря этой мыслительной операции, т. е. нахождению единого во многом, душа через понятие созерцает идею. С созерцанием Платон связывал способность души умозреть формы, виды, фигуры и рациональную сущность вещей. Он проводит при этом принцип тождества мышления и созерцания. К созерцанию высших родов бытия ведут несколько ступеней, которые дают неожиданный результат – способность видеть «нечто удивительно прекрасное по природе» (Пир, 210 е).

Философ, созерцающий идею прекрасного, воспринимает ее в целостности и непосредственности, в ее объективности и чистоте. Само созерцание лишено множественности, делимости и становления; оно самотождественно, низменно, непреходяще и выражает природу вечной сущности. Прекрасное само по себе не имеет ни образа (безобразно), ни формы (бесформенно). Оно «бесцветное, бесформенное, неосязаемая сущность души-разума» (Федр, 247 с). Созерцать истинно сущее мешает нам несовершенство разума, так как мы более привычны к чувственному восприятию и представлению, к созерцанию чувственных вещей. Такое знание, по Платону, – незаконнорожденное; оно переносит знание чувственных вещей на область внечувственного, умозрительного мира, полагая, что идеи находятся в том же пространстве, как и вещи. Реально мы созерцаем не сам предмет материального мира, а его бестелесную, умопостигаемую сущность. (Филеб, 51 c-d).

Созерцаемые эйдосы не есть продукт нашего мышления или субъекта самого по себе (здесь ясно видно расхождение позиций Платона и Э. Гуссерля), а формы (виды) бытия сущности предмета. Поэтому учение Платона есть онтология, т. е. учение об эйдосах как сущем самом по себе, чистой формы бытия, а не сознания.

В заключение отметим, что различие философских посылок у Платона и Э. Гуссерля происходит из противоположных принципов и методов построения теоретических оснований бытия.


Ковалев Сергей Алексеевич – канд. филос. наук, доц., докторант кафедры онтологии и теории познания философского факультета СПбГУ

© СМУ, 2002 г.

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены